Рецензия

Иллюстрация: 3D-модель вируса гриппа A/H1N1 / Visual Science

Редактор «Литературно» Арина Буковская рассказывает о романе Алексея Сальникова «Петровы в гриппе и вокруг него», попавшем в короткий список «Большой книги».

Обычно с самого начала осени начинаешь с тоской ждать очередного гриппа — неминуемой мучительной недели слабоумия, соплей и парацетамола. Но в этом году грипп меня даже прельщает, потому что если заболею — прочитаю еще разок «Петровых» Алексея Сальникова. Пожалуй, этот загадочный роман лучше всего читать, когда поднимается температура, день мешается с ночью, сон с явью, и стены медленно кружатся около тебя.

До недавнего времени Алексей Сальников был знаком в основном любителям уральской поэзии, но пару лет назад в журнале «Волга» появился его первый роман «Отдел» — о рабочих буднях сотрудника необычной силовой организации, размещающейся в заброшенной котельной. И год спустя в той же «Волге» были опубликованы «Петровы в гриппе и вокруг него» — произведение, угодившее одновременно в короткий список «Большой книги» и лонг-лист премии «НОС».

Сюжет «Петровых» медленно петляет около семьи, собственно, Петровых: муж-автослесарь, жена-библиотекарша и троечник-сын. Место действия — Екатеринбург. Петров гриппует, бог знает где бухает и вспоминает прошлое, Петрова гриппует и выходит на больничный, Петров-младший гриппует, но идет на елку в местный ТЮЗ в костюме ежика. Все это, казалось бы, довольно скучно, однако выясняется, что тихие Петровы не так уж и просты. Автослесарь, к примеру, часами рисует комиксы про полицию будущего, боевых роботов и космических пришельцев, — и это далеко не самое странное, что происходит в его жизни. У Петровой кроме гриппа есть и другое заболевание — хроническое, которое она умело скрывает от мужа и полиции. Да и сыну кроме копилки в жестяной коробочке из-под куркумы тоже, кажется, есть что держать в секрете. И жизнь Петровых то и дело, одним или другим боком, соприкасается с какими-то тонкими мирами, проваливается в иную реальность и возвращается на круги своя. Общее гриппозное состояние с температурой и плавающим сознанием этому только способствует.

Впрочем, болеют у Сальникова не только Петровы. Болеет весь город: очередная эпидемия гриппа. И со временем все разрозненные линии романа сплетаются между собой так тесно, что герои, на первый взгляд не имеющие друг к другу отношения, начинают толкаться локтями. По всему тексту буквально с первых страниц рассыпаны маячки, позволяющие в дальнейшем понять ту или иную смысловую петлю. Поначалу подсказки не слишком заметны среди огромного количества деталей, которыми Сальников щедро снабжает текст, но по ходу пьесы обнаруживаешь, что упоминание каких-нибудь полинявших детских колготок в стиральной машинке не так уж незначительно, а ближе к финалу все эти маячки логично объединяют разные сюжетные линии истории в тонкую паутину.

Пока Петровы по очереди нагреваются, остывают и туда-сюда перемещаются, Сальников обстоятельно комментирует то, что их окружает. Если кто-нибудь ищет в аптечке аспирин, нам на ладони покажут все, что лежит в этой аптечке с незапамятных времен: рулон ваты, «распушенный снаружи и твердый внутри, как дерево», два градусника («новый градусник родители купили, когда думали, что потеряли старый, а он просто завалился в щель между диванными подушками») и еще десяток-другой лекарств и препаратов. Пока Петров возвращается домой с ночной попойки, мы в деталях разглядываем екатеринбургские улицы, трамваи, подземку, ларьки и подъезды. Слушаем, что говорят врачи, пассажиры метро, аптекарши, контролерши и местные сумасшедшие. И чувство узнавания накрывает с головой. Тем более что комментирует Сальников все эти до боли знакомые вещи как-то совсем не затерто, местами очень весело, нагоняя вместо тоски что-то вроде насмешливой нежности.

И когда этот будничный мир, в который ты уже погружен, внезапно начинает заедать и смещаться, эффект получается ощутимый. По ходу чтения отношение к роману меняется несколько раз: в текст, начинающийся как вязкое и слегка абсурдное приключение пьяного простуженного автослесаря, один за другим прокрадываются элементы триллера и детективная интрига, а в конце концов все это незаметно превращается в некую даже притчу с отсылками к античной мифологии и не только. И, кстати, кроме всего прочего «Петровы в гриппе и вокруг него» — еще и пусть очень странная, но новогодняя история. С чередой детских елок, Дедом Морозом, Снегурочкой и своеобразной праздничной атмосферой.

Так что для предновогодней эпидемии гриппа — самое подходящее чтение.

Алексей Сальников. Петровы в гриппе и вокруг него. Журнал «Волга», 2016, № 5-6. 

Читайте также:

Художники и призраки дамы Антонии