Обзор

Фото: Стивен Кинг / pinterest.com

Он опубликовал 55 романов и 200 рассказов, вошедших в девять авторских сборников. А вот и один из секретов успеха «короля ужасов»: все рассказанное — правда. Ну или почти.

По поводу «вдохновения» и прочих «источников» Кинг обычно рассказывает историю о том, как однажды летел на самолете, и рядом с ним сидел чрезвычайно восторженный человек, который, когда набрали высоту, начал радостно, по выражению Стивена, блеять: «Мистер Кинг, я давно мечтал задать вам ОЧЕНЬ НЕОБЫЧНЫЙ ВОПРОС: откуда вы черпаете вдохновение?» Мистер Кинг ответил: «Мне никогда не задавали этот вопрос на высоте 12 тысяч метров, но все равно — идите в жопу». Потом даже пожалел: до самого конца полета автор очень необычного вопроса сидел белый как простыня и не притронулся к еде.

Во избежание подобных ситуаций в день 70-летия гуру кошмара, маэстро психологических страхов и одного из самых влиятельных писателей современности «Литературно» публикует несколько реальных историй, давших Стивену Кингу фактуру для его леденящих душу сюжетов.

1. История из мусорной корзины

Как-то раз двадцатилетний уборщик Стивен Кинг со своим напарником Гарри чистили стены женского туалета в средней школе Брунсвика. При внешнем сходстве с мужским комната была другой. Вместо писсуаров — странные ящики без надписей. Как подсказал Стивену более осведомленный коллега, в них хранились гигиенические тампоны. Кроме того, женские душевые оказались снабженными перекладинами и розовыми занавесками. На это Гарри предположил, что девочки, наверное, больше мальчиков стесняются раздеваться.

«Мне как-то вспомнился этот день, когда я работал в прачечной, и представилось начало повести: девочки моются в душевой, где никаких тебе ни занавесок, ни уединения. И тут у одной из них начинаются месячные, только она про это не знает, а остальные девочки — шокированные, потрясенные, заинтересованные — бросаются к ней с салфетками. Она начинает кричать. Сколько крови! Она думает, что умирает, что товарки над ней насмехаются, пока она истекает кровью. Она реагирует… отбивается… только как?»

Мысль начинающего писателя чуть было не зашла в тупик. Хорошо, что Стивен однажды прочел в журнале Life о полтергейсте как проявлении телекинеза. В статье выражалось предположение, что первые телекинетические способности могут проявляться в период полового созревания. Объединив две небанальные идеи, Кинг принялся за историю. В душевой у Кэрри начинается менструация, она в ужасе кричит, что умрет от потери крови, ведь религиозная до мозга костей мать не поведала ей о физиологических особенностях женщин. Одноклассницы жутко над ней издеваются, бросая в девочку тампоны. Дома ее избивает мать. В общем, история начала затягиваться и претендовать на роман. Никому в то время не известный Кинг решил, что рукопись вряд ли окупится, скомкал ее и выбросил.

Из мусорной корзины «Кэрри» вытащила жена Стивена Табита: «По-моему, здорово! Ты должен это дописать». Опубликованный в 1974 году этот первый кинговский роман, по мнению критиков, потряс жанр ужасов как взрыв бомбы.

2. «Помоги мне помыть крюки вместо рук»

Уже чуть менее начинающий писатель Стивен Кинг работал в прачечной. С ним трудился парень, который потерял на этой самой работе обе руки — из предплечий у него торчали два металлических крюка. «Знаете, есть некоторые вещи, которые работодатели забывают вам сказать, когда вы поступаете на новую работу. Этому парню забыли сообщить, что тому, кто работает на валиковой гладильной машине, не стоит носить галстук», — рассказывает Стивен. Но более всего Кинга потрясало, что когда после смены все шли мыть руки, парень этот просил кого-нибудь открыть ему воду и «спокойно мыл свои крюки под краном».

Тут уж Кинга нельзя не понять: конечно, он принялся за рассказ. В прачечной женщина попадает под гладильный аппарат, но на этом озлобившаяся машина не останавливается. Расследуя дело, офицер Хантон приходит к невероятной версии о ритуале, с помощью которого можно вызвать демона, и именно в данной прачечной имеются все необходимые условия. Рассказ «Давилка» вошел в сборник «Ночная смена» 1978 года.

3. Отель не от мира сего

Однажды, дело было поздней осенью, Стивен с Табитой приехали в горный отель «Стэнли». Оказалось, что они там чуть ли не единственные посетители, так как зимой во время снегопадов гостиница оказывается отрезанной от мира. Это обстоятельство впечатлило писателя. Тем более что в дороге ему приснился сон: сын в страхе бежит по коридорам. Этот сон, массивные двери, кроваво-красные дорожки, пустые коридоры, отрезанность от мира, — все вместе сложилось в идею романа.

Джек Торранс, тоже писатель и тоже не без проблем с алкоголем, приезжает в засыпаемый снегом отель «Оверлук», где из постояльцев лишь призраки, пребывает он тоже с женой и сыном, но не на ночь, как Кинг, а на месяц. Сами понимаете, начинаются проблемы. В Джека вселяется злой дух, заставляющий напасть на семью. Третий роман Кинга «Сияние» был издан в 1977 году и стал первым бестселлером писателя.

4. В недружественных небесах

Стивен Кинг признается, что в его голове есть особый файл с идеями. Неудачные со временем стираются, но с хорошими такого не происходит. «Время от времени я заглядываю в этот файл, и почти всегда откапываю несколько неплохих сюжетцев с четко прослеживаемым центральным образом». Однажды Кинг обнаружил в своей голове женщину, закрывающую рукой трещину в пассажирском авиалайнере. Развивать сюжет не хотелось, потому что в авиации Стивен ничего не смыслил. Но девушка не выходила головы, образ становился все реалистичнее: Кинг видел ее глаза — зеленые, слышал прерывистое дыхание испуганного человека и даже стал ощущать запах ее духов — L’Envoi. Однажды ночью Стивен понял, что женщина эта — призрак. Хочешь не хочешь — пришлось приступать к работе.

Несколько человек, летящих на Boeing 767, просыпаются и понимают, что остальные пассажиры и экипаж пропали, а самолет — на автопилоте. Но и это еще не беда. Главную опасность представляют лангольеры — кошмарные зубастики, пожирающие пространство.

Повесть «Лангольеры» вышла в 1990 году в сборнике «Четыре после полуночи». Для ее создания Кинг консультировался с пилотами, осматривал кабину самолета и даже был согласен на эксперименты во время полета. На подготовку ушло много времени и сил, однако писатель все равно допускает наличие фактологических ошибок. За все неточности Кинг просит винить только его самого.

5. Детские страхи во взрослой обертке

Стивен с семьей жил в городе Боулдере, где был «горбатый и странно причудливый» старый деревянный мост. Однажды вечером писатель пошел забирать свою машину из ремонта. Переходя через горбуна, он вспомнил сказку про трех козлят и тролля под мостом. А ведь мост, решил Стивен, это символ. Мостом может быть сам город, под которым скрывается нечто малообъяснимое. Стивен вспомнил библиотеку, в которую ходил ребенком. Между детским и взрослым отделами был небольшой коридорчик: по нему «переходит каждый ребенок-козленок, чтобы стать взрослым».

Кинг принялся за историю. Семеро друзей из вымышленного города Дерри в невымышленном, родном Кингу штате Мэн сражаются с чудовищем, которое убивает детей, обитает в канализации и способно принимать любую физическую форму. На определенном этапе идеи у Кинга иссякли. Помог, как уже случалось, сон. Стивен — на свалке в облике маленькой девочки. Среди старых вещей стоит холодильник, в котором на ржавых полках — странные существа. Одно из них садится Стивену-девочке на руку, становится тепло. А существо меж тем меняет цвет и делается красным. Кинг поместил этот сон в книгу почти без изменений.

Многостраничный роман «Оно» был опубликован в 1986 году и вошел в несколько престижных рейтингов лучших книг столетия и тысячелетия. Своего рода это сборник монстров: древнее, прилетевшее из космоса существо в зависимости от страхов воспринимающего становится то вампиром, то мумией, то оборотнем. Кто для читателя инфернальный клоун Пеннивайз — решать только читателю. Но главная «прелесть» писателя Кинга — в умении излагать проблемы человеческой психики и общества в неожиданных для этого жанрах. Да, его произведения напичканы монстрами и чудовищами, однако основное зло скрывается в людях. Добро и возможность спастись — в них же.

Текст: Карина Лозутова

Читайте также:

Джордж Мартин в Петербурге: топ-10 высказываний