Обзор

Фрагмент фрески Микеланджело «Сотворение Адама» в стиле поп-арта / artribune.com

Многогранный Пелевин, актуальный Идиатуллин, Рубанов о мужчинах, Гилберт о женщинах, Некрасова о кадаврах. Писатели и критики рассказывают о книгах августа.

Книжный обозреватель Анастасия Шевченко объясняет, почему роман Шамиля Идиатуллина «Бывшая Ленина» подходит на роль поколенческого манифеста. Литературный критик Татьяна Сохарева не исключает, что новая книга Виктора Пелевина «Искусство легкий касаний» написана ради кряхтения и ворчания критиков. А писатель и блогер Сергей Лебеденко предполагает, что автор сборника «Сестромам» Евгения Некрасова — литературный шаман. Это и другое в обзоре книжных новинок августа. 

БЫВШАЯ ЛЕНИНА

Лауреат «Большой книги» Шамиль Идиатуллин написал актуальный роман: «Бывшая Ленина» — это история про нашу страну в наши дни. Действие разворачивается прямо сейчас вокруг гигантской свалки. Провинциальный город, антимусорные митинги, разъединенные люди. Причем друг другу противостоят не какие-то обобщенные чиновник и общественник, а совершенно конкретные супруги Даниил и Лена, которые в борьбе между гражданскими активистами и властью оказываются по разные стороны баррикад.

Анастасия Шевченко, книжный обозреватель:

«Бывшая Ленина», справедливо открывающая серию «Актуальный роман» в «Редакции Елены Шубиной», вполне годится на роль некоего манифеста — политического, экологического, поколенческого. Но для меня это книга о том, что все мы в определенный момент можем стать бывшими — в профессии, семье, употреблении. Можно было бы решить, что все довольно оптимистично: после развода есть жизнь, после застоя возможна карьера, после юной громокипящей дурости прорастает гражданская сознательность и активность. Но нет. На каждого нового кабальеро или свежую пери довольно иронии и опыта. На каждого молодого и рьяного найдется свой провокатор. Каждому блестящему продвиженцу подберется в пару свой коррупционер. И так далее.

Это не значит, что стремительный роман, объединивший несколько планов, весь о безысходности. История кризиса сорокалетних на фоне экологического и политического коллапса, отцы и дети в двух плоскостях, старый конь борозды не портит vs поколение Z. Все это просто о жизни. Поэтому немного страшно. Шамиль Идиатуллин пишет, с одной стороны, беспристрастно. Так видоискатель выхватывает кусочек действительности, не искажая и не украшая. С другой стороны, это очень эмоциональная вещь, так или иначе вызывающая отклик. Какой именно — читатель решит сам.

Шамиль Идиатуллин. Бывшая Ленина. АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2019


ИСКУССТВО ЛЕГКИХ КАСАНИЙ

Меньше года прошло со времени выхода романа Виктора Пелевина «Тайные виды на гору Фудзи», и вот перед нами новая книга «единственного и неповторимого» (так называется пелевинская серия в «Эксмо»). «Искусство легких касаний» — это не роман, а три новеллы, заявленные издательством так: первая — для поклонников раннего Пелевина времен повести «Омон Ра», вторая — для открывших творчество Виктора Олеговича по его последним книгам, а третья — для тех, кто хочет знать, что было дальше в «Тайных видах на гору Фудзи».

Татьяна Сохарева, литературный критик:

— Каждый год по осени мы ждем возвращения «классического» Пелевина, которого никогда не существовало, и в этом, наверное, главная заслуга автора, создавшего голема из собственного имени. Голем этот чрезвычайно несносен. Это его усилиями читающая публика из года в год недополучает философских откровений и постоянно имеет дело не с героями нашего времени, а с какими-то чуханами из девяностых — бизнес-воротилами, телеведущими и искателями обходных путей в нирвану. Собственно, химеры сгоревшего Собора Парижской Богоматери, что красуются на обложке новой книги, — это тоже обманка, обещание немыслимо быстрой по меркам издательской жизни реакции на актуалочку.

Первый и последний рассказ сборника — «Иакинф» и «Бой после победы» — бойче, чем самая большая вторая повесть, давшая название книге («Искусство легких касаний»). Последняя представляет собой вышедший из берегов пересказ несуществующего романа некоего специалиста по масонам, который оборачивается бесконечным наслоением одной теории заговора на другую. Пересказывать его еще раз нет никакой надобности. Большая часть пелевинской прозы — это бег на месте, и нынешний сборник в этом смысле можно считать эталоном. Впрочем, любой пелевинский текст последних десяти лет можно объяснить при помощи облака хештегов, не утруждаясь построением сложносочиненных теорий: доморощенная мистика, социальный комментарий, русские хакеры, толерантность, постирония. Это уже даже не ситуация множественных интерпретаций, это бесконечно расширяющееся пространство неоправдавшихся ожиданий.

Нам всем пора бы уже признать, что Виктор Олегович никогда не стремился сказать новое слово в русской литературе или ухватить ускользающую современность за хвост. Если он что-то и производит, то это информационный шум. Причем делает эту работу Пелевин нашими с вами руками. Возможно, все это кряхтение и ворчание перебивающих друг друга критиков и есть самое главное его творение — такое же бесформенное, ядовитое и несмешное, как и его романы. Нам же остается и дальше выполнять функцию «мультикультурного хора внутренних голосов различных взглядов, верований, ориентаций, гендеров и идентичностей».

Виктор Пелевин. Искусство легких касаний. Эксмо, 2019


СЕСТРОМАМ. О ТЕХ, КТО БУДЕТ МАЯТЬСЯ

Год назад вышла «Калечин-Малечина» — дебютный роман лауреата премии молодых литераторов «Лицей» Евгении Некрасовой — история о девочке, которой с трудностями помогает справляться личная кухонная Кикимора. А в нынешнем августе писательница выпустила сборник малой прозы «Сестромам», в котором, как и в прошлом тексте, жизненная правда сплавлена с чудесами, в повседневность вплетается сказ, а заговоры и прибаутки без проблем соседствуют с современным языком.

Сергей Лебеденко, писатель и блогер, автор Telegram-канала «Книги жарь»:

— Сильно упрощая, можно сказать, что есть два типа писателей: те, кто пишет об окружающей действительности, и те, кто придумывает свой мир. И долгое время считалось, что первый тип писателей справедливо называть реалистами, а второй — фантастами. Кажется, что на писателя, вводящего в текст фантастический элемент, до сих пор принято смотреть косо: мол, эскапист. Евгения Некрасова еще в недавней «Калечине» доказала, что вводить фантастический элемент в прозу о современности — значит вскрыть ее болевые точки, обратиться к ним лицом, а вовсе не отвернуться.

В сборнике «Сестромам» это сюрреалистическое вскрытие выходит на новый уровень: автор не просто вводит фантастический элемент, а перекраивает саму текстовую реальность так, что ее темные, непроговоренные стороны выходят на передний план отвратительными кадаврами. Самобытный, совершенно поэтический язык Некрасовой, вдохновленный Платоновым и народными быличками и сказаниями, служит не просто созданию настроения и атмосферы рассказов, но и тому, чтобы кадавры в виде домашних насильников, мошенников, бюрократов и просто потерянных людей хотя бы в тексте потерпели поражение.

В результате герои Некрасовой, существа слабые, но свободолюбивые, пробиваются сквозь клаустрофобную, липкую и недружелюбную реальность куда-то на воздух, туда, где их не будет связывать обет молчания или крепкие оковы созависимости. В результате у читателя возникает ощущение дискомфорта: в текстах сборника бывает душно, и читать их я бы советовал, начиная с «Лакшми» и «Несчастливой Москвы», текстов более развернутых. Но дискомфорт этот целительного свойства: в русской литературе не хватало своего шамана, и он наконец появился.

Евгения Некрасова. Сестромам. О тех, кто будет маяться. АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2019


ЖЁСТКО И УГРЮМО

В позапрошлом году Андрей Рубанов стал лауреатом премии «Ясная Поляна» за роман «Патриот» о банкире, разрабатывающем дизайн патриотических телогреек. В прошлом году писатель неожиданно выпустил славянское фэнтези «Финист — ясный сокол», а в этом вернулся к реальности, причем полуавтобиографической. В нынешнем августе в «Редакции Елены Шубиной» вышел сборник рассказов Рубанова «Жёстко и угрюмо», где все герои — мужчины, со слов самого автора, «богатые и бедные, преданные и проданные, битые и клятые, женатые и разведенные, спившиеся и завязавшие, арестованные и освобожденные, вонючие и благоуханные».

Кирилл Анкудинов, поэт и литературный критик:

— Известный писатель, сценарист, журналист, фотограф и путешественник, а также исследователь древнеславянской мифологии Андрей Рубанов написал книгу рассказов в жанре «повествования о себе». У этой книги есть незримая тема: мужчина и мужественность. Вокруг этого центра выстраиваются смежные темы: мужание (самостановление), самооборона, самоосуществление, творческое самовыражение, самообман и обман в виде чисто мужских понтов. Андрей Рубанов показывает себя в разных жизненных обстоятельствах, начиная с советского отрочества. Он прошел через многие жизненные перипетии, в том числе через суровые испытания, познал и тюрьму, и богатство, и любовные бедствия, и семейное счастье, и дальние странствия. Все это — катализатор осмысления его личности и его гендерной идентификации, замешанной на «жёсткости и угрюмстве».

Книгу Андрея Рубанова с легкостью и с интересом прочтет обычный читатель: она написана мастерским — одновременно скупым и красочным — языком. Беглые характеристики людей и явлений — беспощадные и жалостливые сразу — выдают оптику наставника Рубанова. Конечно же, это Эдуард Лимонов. Он у нас только один; второго Лимонова быть не может; и иногда подражание Лимонову приводит его незадачливых последователей к жизненным катастрофам. К чести Андрея Рубанова, он способен отличать живую жизнь от литературы. Он самоироничен, в том числе в своем демонстративном «мужчинстве». Наверное, Лимонов поименует эту книгу «буржуазной». В ней много дорогих брендов и вкусных путевых впечатлений. Но кто сказал, что «буржуазно» — это плохо? Хотя «репортажи о культурных событиях» Андрею Рубанову, увы, не удаются — для них он чересчур добр и мягок. А вовсе не жёсток и угрюм.

Андрей Рубанов. Жёстко и угрюмо. АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2019


ГОРОД ЖЕНЩИН

В июне в штатах вышел новый роман американской писательницы Элизабет Гилберт (автора нетленки «Есть, молиться, любить») под названием «Город женщин». В середине лета он стал бестселлером № 1 The New York Times, и вот еще август, а книга уже переведена на русский. Этот роман, как можно догадаться, о женщинах, а также о границах нравственности, сверкающем мире театрального Нью-Йорка 1940-х, женской сексуальности, свободе, радости и настоящей любви.

Владислав Толстов, автор книжного блога «Читатель Толстов»:

— Тринадцать лет назад был опубликована роман Элизабет Гилберт «Есть, молиться, любить», который стал мировым бестселлером, а сама Элизабет рисковала стать one-hit wonder, автором одной книги. Как нам повезло, что вышло не так. Издательство «Рипол-классик», в свое время открывшее Гилберт российскому читателю, в этом году уже выпустило ее замечательное документальное исследование «Последний американец». И вот теперь вышел «Город женщин» — подарок российским читателям к Году театра, ведь действие романа по большей части происходит за кулисами маленького театра «Лили». Сюда прямо с вокзала привозят Вивиан, которую только что выгнали из колледжа, и родители решили отправить ее в Нью-Йорк к тетке Пег: пусть поживет в большом городе и поймет, что к чему. А тетка Пег — та еще учительница жизни, потому что театр есть театр, и что творится за кулисами — того лучше никаким родителям не знать.

В романе перед нами проходит шумный парад фриков-театралов, прожженных импресарио, бездарных актеров, гениальных таперов, бойких танцовщиц, легкомысленных красавиц и искушенных соблазнителей. А где-то уже грохочет война, ведь дело происходит в Нью-Йорке 1940 года, «Город женщин» — еще и путешествие во времени, позволяющее вдохнуть несколько глотков того предвоенного воздуха, напоенного тревогой, дерзостью и каким-то окончательным, на снос, весельем. А также это роман на любимую тему Элизабет Гилберт — о том, что ошибки молодости на закате жизни будут выглядеть совсем иначе (повествование построено как история, которую престарелая Вивиан рассказывает своей молодой подруге), что каждый имеет право на счастье, и совершенно не обязательно быть в детстве послушной девочкой, чтобы стать хорошим человеком. «Город женщин» — поразительно яркий роман-бурлеск, роман-водевиль, совершенно точно лучшая книга Элизабет Гилберт, и, не исключено, один из лучших переводных романов этого года.

Элизабет Гилберт. Город женщин. Рипол-классик, 2019. Перевод Юлии Змеевой


О новом литературном в TelegramInstagram и Twitter


Это тоже интересно: 

Дегустаторши для Гитлера и багдадский Франкенштейн


По вопросам сотрудничества пишите на info@literaturno.com