Летопись

Андрей Битов

27 мая 1937 года родился Андрей Битов — один из основоположников постмодернизма в российской литературе.

Родился в Ленинграде. По признанию самого Битова, он черкес в пятом поколении. Сочинять начал в 19, сначала стихи, потом короткие абсурдистские рассказы в подражание Голявкину. С 1960-й по 1978-й опубликовал десять книг прозы, в 1978 году в США — роман «Пушкинский дом». В 1979 году Андрей Битов стал одним из сооснователей бесцензурного альманаха «Метрополь», который запрещали вплоть до 1986-го. В 1988 году участвовал в создании российского ПЕН-клуба, в 1991-м стал его президентом. В том же 1991 году был одним из организаторов неформального объединения «БаГаЖъ» (Битов, Ахмадулина, Алешковский, Жванецкий).

Поэт и прозаик Юрий Карабчиевский об Андрее Битове:

«Битов открыл новую область исследования, при этом обнаружив абсолютный уровень в слове. Но главное, не в обиду будет сказано другим замечательным писателям, Андрей Битов — умный человек, а это редко бывает. В литературе, мне кажется, умных людей гораздо меньше, чем людей талантливых. Даже читая его не вполне удачные произведения, ты чувствуешь, что общаешься с умным человеком. Это очень лестно для читателя, это просто незаменимо».

Андрей Битов о себе:

«Вот отпущен мне диапазон — я должен его дожить более-менее по-человечески, более-менее с теми нормами, которые мне привили родители и моя семья. Это стремление может называться по-разному, той же совестью, не важно. Самое главное — не опозорить. Успеть дожить и не допортить. Даже свою порченную жизнь не допортить до конца».

Десять важных цитат из произведений Андрея Битова:

1. В этой книге ничего не придумано, кроме автора. Автор.

— Оглашенные. Роман-странствие.

2. Он водил сына по поселку, как по огромному букварю…

— Жизнь в ветреную погоду.

3. Мы живем в мире людей, родившихся один раз. Прошлому мы не свидетели, будущему — не участники.

— Оглашенные. Роман-странствие.

4. Человек возникает как раз там, где вымирает любой другой вид. Ни теплой шерсти, ни грозных зубов, ни волчьей морали — брюки, пуля, религия…

— Оглашенные. Роман-странствие.

5. Хирург режет, но кто затянет рану, свернет кровь, оставит рубец? Кто оставляет рубец на Творении Божьем? Вы скажете: человек — и будете тысячу раз не правы. Человек наносит рану, а рубец — от Бога.

— Оглашенные. Роман-странствие.

6. Если тюрьма есть попытка человека заменить пространство временем, то Россия — есть попытка Господа заменить время пространством.

— Оглашенные. Роман-странствие.

7. Нет, Лева, все-таки ты дурак. Все-то тебе кажется, что если человек дерьмо, то он таким только кажется, нарочно, из неких психологических причин, имеющих социально-историческую основу, — а он и есть дерьмо. Хочешь, Лева, я тебе, от всей души, совет дам? Так сказать, одно правило подскажу. «Правило правой руки Митишатьева»… «Если человек кажется дерьмом, — то он и есть дерьмо».

— Пушкинский дом.

8. Человек несовершенен, потому что сам должен себя совершить. Сам. С Божьей помощью, конечно. Это не приговор — быть человеком, а назначение.

— Оглашенные. Роман-странствие.

9. Главное — это просто жить, быть живым, и поэтому, какое бы ни было твое состояние — плодотворное, неплодотворное, — лишь бы было живое, без омертвений, а успевать… то что ж успевать: все равно неживой ты уже ничего не успеешь.

— Жизнь в ветреную погоду.

10. Кстати, лось — конь или корова?

— Оглашенные. Роман-странствие.

Текст: Ана Колесникова


Будем литературны в TelegramInstagram и Twitter


А также:

День памяти Венедикта Ерофеева


По всем вопросам сотрудничества пишите на info@literaturno.com